Площади манговых садов сокращаются в Раджшахи и Чапайнавабгандже
Площади манговых садов в двух традиционных мангопроизводящих регионах Бангладеш — Раджшахи и Чапайнавабгандже — снизились в текущем финансовом году. Об этом свидетельствуют данные Департамента сельскохозяйственного консультирования (Department of Agricultural Extension, DAE) и Бюро статистики Бангладеш (Bangladesh Bureau of Statistics, BBS). При этом в соседнем Наогаоне отмечен небольшой рост площадей, что показывает: динамика по регионам различается и сильно зависит от альтернативного использования земли и экономических ожиданий фермеров.
Что показывают официальные данные по площадям садов
Согласно данным DAE, в Раджшахи площадь манговых садов уменьшилась с 19 603 гектаров в 2024–25 финансовом году до 19 062 гектаров в 2025–26. В районе насчитывается около 3,7 млн деревьев манго, и примерно 60% из них уже находятся в фазе цветения. Для производителей это важный индикатор сезона, но одновременно и момент повышенных рисков из‑за вредителей и погодных факторов.
В Чапайнавабгандже сокращение площадей оказалось небольшим, но показатель все равно ушел в минус: с 37 504 гектаров в прошлом финансовом году до 37 487 гектаров в текущем. Здесь сосредоточено около 9,24 млн деревьев, и приблизительно 70% уже цветут. Даже при высокой «массе» насаждений снижение площадей означает, что часть земель продолжает выводиться из садов и переводиться в другие виды использования.
Почему фермеры уменьшают площади: пруды для рыбы, затраты и ценовые риски
Фермеры и аграрные чиновники связывают спад прежде всего с активным рытьем прудов под рыбоводство. Для многих хозяйств аквакультура выглядит более предсказуемой по денежному потоку: деньги возвращаются быстрее, а риски, по словам фермеров, воспринимаются как ниже, чем в садоводстве или рисоводстве. В итоге часть производителей меняет профиль и переводит землю из-под манго и риса в водоемы.
На решения садоводов также влияло удорожание производства, рост давления вредителей, связанный с климатическими особенностями, и неопределенность рыночных цен. Такая комбинация факторов характерна не только для Бангладеш: для садоводства в целом критичны как стоимость защитных обработок и удобрений, так и «ценовой коридор» на рынке. Если ожидания по цене в сезоне слабые, часть фермеров готова отказаться от закладки или сохранения многолетних насаждений в пользу более «оборотных» направлений.
Трансформация землепользования: статистика по пашне и водоемам
Данные BBS дополнительно фиксируют долгосрочную тенденцию изменения землепользования в Раджшахи. В период с 2015 по 2023 год чистая (нетто) обрабатываемая площадь в районе сократилась на 16 159 гектаров. За тот же период площадь внутренних водных объектов выросла с 15 044 гектаров в 2015 году до 24 498 гектаров в 2023 году.
Эти цифры отражают реальную конверсию сельхозугодий в пруды и водохранилища. Для аграрной экономики региона подобная перестройка означает, что конкуренция за землю усиливается: многолетние насаждения, рисовые поля и инфраструктура аквакультуры начинают «спорить» за одни и те же участки. Для России этот пример показателен тем, что при расширении водоемов и гидротехнических работ важно оценивать долгосрочные последствия для дренажа, структуры почвы и возможности возврата участка в растениеводство.
Что говорят садоводы: вредители и болезни требуют больше обработок
Один из производителей манго, Шахидул Хоссайн (Bagha Upazila, Раджшахи), отмечает, что за последние годы участились вспышки вредителей и заболеваний. По его словам, раньше было достаточно одного цикла внесения удобрений и применения средств защиты, а теперь приходится проводить опрыскивания вдвое чаще. При этом затраты растут, но доходы, по оценке фермера, не успевают за себестоимостью.
Для хозяйств это означает простую развилку: либо увеличивать вложения в защиту и агротехнику и надеяться на приемлемую цену, либо сокращать рисковые площади. В многолетних садах любое решение «дороже», чем в однолетних культурах, потому что замена направления использования земли часто становится практически необратимой на долгий период.
Риски «быстрой отдачи»: эксперты о гормонах и состоянии старых деревьев
Аграрные эксперты также обращают внимание на применение гормонов для повышения краткосрочной урожайности. По их словам, такая практика может отражаться на состоянии старых деревьев и приводить к потере зрелых садов. В условиях, когда фермеру важно получить быстрый результат, соблазн усилить отдачу понятен, но долгосрочные эффекты могут быть негативными именно для устойчивости насаждений.
Для садоводческого бизнеса это ключевой момент: «ускорители» и любые интенсивные технологии требуют понимания последствий для жизненного цикла деревьев. Если зрелые сады выпадают из производства, региональная база сырья становится менее стабильной, а восстановление занимает годы.
Почему аквакультура кажется привлекательнее манго и риса
Часть фермеров прямо говорит, что аквакультура может приносить более высокую отдачу, чем выращивание риса или манго. Среди аргументов — более быстрый оборот денег и, как считают производители, меньший уровень риска. Именно это и подталкивает к переориентации: когда рынок фруктов волатилен, а затраты на защиту и уход растут, «прудовая экономика» выглядит понятнее.
Однако перевод садов и пашни под пруды меняет всю систему сельского хозяйства района: сокращаются площади под многолетними культурами, иначе планируется занятость, меняется цепочка поставок и инфраструктура. Для регионов, где манго — один из экономических якорей, подобные изменения чувствительны и для занятости, и для объемов производства.
Наогаон — исключение: небольшой рост площадей садов
На фоне сокращений в Раджшахи и Чапайнавабгандже район Наогаон показал небольшой рост площадей манговых садов: с 30 300 гектаров в прошлом году до 30 310 гектаров в текущем финансовом году. По словам чиновников, здесь меньше объемы рытья прудов, а доходность раннеспелых сортов манго стимулирует фермеров сохранять сады.
Этот пример показывает, что даже при общих проблемах — затратах, вредителях и ценовой неопределенности — роль играют локальные факторы. Если альтернативное землепользование (пруды) развивается медленнее, а рынок «раннего» манго поддерживает доходы, производитель охотнее удерживает многолетние насаждения.
Долгосрочные последствия: почва, дренаж и «точка невозврата»
Эксперты предупреждают: продолжение конверсии садов и пашни в пруды и инфраструктуру может ударить по сельскохозяйственной системе региона и экономике, завязанной на манго. Это затрагивает и рабочие места, и общий объем производства, и устойчивость агроландшафта. Если доля многолетних садов падает, регион становится более зависимым от других отраслей и колебаний в их доходности.
Профессор Мд Мустафизур Рахман, председатель кафедры агрономии и сельскохозяйственного консультирования Университета Раджшахи, отмечает, что расширение рыбных ограждений на месте рисовых полей и садов может со временем изменить землепользование. По его словам, хотя аквакультура может повысить доходы в краткосрочной перспективе, чрезмерное рытье прудов способно менять структуру почвы и нарушать естественные системы дренажа. Он подчеркивает, что после таких изменений вернуть землю обратно под сады или полевые культуры бывает сложно.
Что важно учитывать агробизнесу
История манговых регионов Бангладеш показывает, как быстро экономические стимулы и технологические риски меняют структуру сельского хозяйства. Рост затрат на защиту, усиление вредителей и неопределенность цен подталкивают производителей искать более «быстрые» модели дохода — и часто ими становится аквакультура. При этом возврат земель из-под прудов в растениеводство может оказаться технически и экономически проблемным из‑за изменений почвы и водного режима.
Для руководителей хозяйств и агрономов такой кейс — напоминание: при выборе между многолетними насаждениями и альтернативным использованием земли стоит оценивать не только краткосрочную маржинальность, но и последствия для участка на годы вперед. Особенно это актуально там, где садоводство формирует занятость и является базой для региональной экономики.
Источник
Financial Express (по данным DAE и BBS).
